48  

— О Анна-Мария, если бы ты только вышла замуж за Джека Морроу. Как мама всегда говорила, он был самым милым человеком на свете. Он просто сходил по тебе с ума. И он был врачом, и, кстати, хорошим. Вспомни, как в те выходные, когда ты привезла его сюда, к нам зашла поздороваться миссис Монехэн. Джек сразу сказал, что ему не нравится цвет ее лица. Если бы он не убедил ее сдать анализы, ту опухоль так бы и не обнаружили, и сегодня ее уже не было бы в живых.

Анна-Мария продолжала отвечать Люси так же, как отвечала в течение шести последних лет:

— Послушай, Люси, забудь наконец об этом. Джек знал, что я его не любила. Возможно, при других обстоятельствах я смогла бы его полюбить. Возможно, тогда все сложилось бы иначе. Но так не получилось. Подумай, мне было чуть за двадцать, это было мое первое место работы. Я только начинала жить. Я не была готова к браку. Джек это понял.

Анна-Мария вспомнила, как за неделю до своей гибели Джек поспорил с Гэри. Она шла в кабинет Гэри, но остановилась в приемной, услышав сердитые голоса. Секретарша прошептала ей:

— К доктору Лэшу зашел доктор Морроу. Он очень расстроен. Я не поняла, из-за чего, но думаю, что все как обычно. Ту процедуру, которую он считает необходимой для пациента, ему провести не разрешили.

Анна-Мария вспомнила, как испугалась, что они могли поссориться из-за нее. Она убежала, чтобы не столкнуться с Джеком. В тот момент она была уверена, что Джек обо всем узнал.

Но позже, когда Джек остановил ее в коридоре, он ничем не дал понять, что сердится на нее. Вместо этого он поинтересовался, когда она собирается навестить свою мать. Анна-Мария ответила, что поедет в Буффало в следующие выходные. И тогда Джек сказал, что скопирует очень важный файл, который он подготовил, и попросил ее сохранить копию на чердаке в доме матери. Он пообещал встретиться с ней позже.

У Анна-Марии тогда отлегло от сердца, потому что Джек Морроу ничего не узнал о ее связи с доктором Лэшем, и ее мучило то, что она знала о работе клиники. Поэтому она даже не спросила, что это за файл. Джек попросил пообещать, что она никому ничего не расскажет. Но доктор Морроу так ничего ей и не передал, а неделю спустя его убили.

— Анна-Мария?

Она вздрогнула и подняла голову. Анна-Мария была так поглощена своими мыслями, что не заметила, когда вошла Молли Лэш. Одного взгляда на эту женщину Анна-Марии хватило, чтобы почувствовать себя толстой и непривлекательной. Огромные очки не могли скрыть изысканных черт Молли. Пальцы, развязывавшие пояс плаща, были длинными и тонкими. Когда она сняла голубой шарф, волосы оказались темнее, чем их помнила Анна-Мария, но все равно были блестящими и шелковистыми.

Молли изучала лицо Анна-Марии, садясь напротив нее за столик. «Она не такая, какой я ожидала ее увидеть», — подумала Молли. Она видела Анна-Марию несколько раз в клинике и запомнила ее очень хорошенькой, с аппетитной фигуркой и копной темных волос.

Но в этой просто одетой женщине, сидящей напротив, не было ничего привлекательного. Она была полнее, чем запомнила Молли. Только ее глаза оставались красивыми, темно-карими, опушенными черными длинными ресницами. Но Молли заметила в них тоску и страх.

Молли подумала, что Анна-Мария боится ее, и удивилась, что может напугать кого-то.

Вновь появилась официантка, теперь она была несколько дружелюбнее. Анна-Мария заметила, что Молли произвела на нее впечатление.

— Чай с лимоном, пожалуйста, — сделала заказ Молли.

— А мне еще кофе, если это вас не слишком затруднит, — добавила Анна-Мария, когда официантка уже повернулась, чтобы отойти.

Молли дождалась, пока они останутся одни, и только потом заговорила:

— Я благодарна вам за то, что вы согласились встретиться со мной. Я понимаю, что вы чувствуете себя так же неловко, как и я, но обещаю не задерживать вас долго. Вы можете мне помочь, если будете откровенны.

Анна-Мария кивнула.

— Когда начались ваши отношения с Гэри?

— За год до его смерти. Как-то раз моя машина не завелась, и он подвез меня домой. Я пригласила его выпить чашку кофе. — Анна-Мария прямо посмотрела на Молли. — Я знала, что он готов переспать со мной. Женщина всегда это чувствует, верно? — Она помолчала минуту, глядя на свои руки. — Правда в том, что он мне очень нравился, и поэтому я недолго сопротивлялась.

Он был готов переспать с ней, повторила про себя Молли. Была ли Анна-Мария его первой любовницей? Вероятно, нет. Десятой? Она об этом никогда не узнает.

  48  
×
×