– Настоящая? – не веря своим ушам, переспросила Лизочка.
– Настоящая, живая, красивая, добрая...
– Я так люблю его...
– И он тебя любит. Это заметно.
– И тебя люблю, и Яшку твоего, и всех люблю. Так хочется, чтобы это состояние не проходило.
– Оно пройдет, конечно, – отмахнулась Динка от Лизочкиных излияний, – но теперь ты, по крайней мере, знаешь, что и как бывает. И тебе есть к чему стремиться. Проблема не в том, чтобы не терять это состояние, а чтобы научиться его находить.
– И опять ты меня учишь! – рассмеялась Лизочка. – Ты все такая же.
– Я же люблю тебя и беспокоюсь о тебе, – пожала плечами Динка.
А потом отпуск кончился.
– С одной стороны, грустно возвращаться домой, грустно, что сказка кончилась, но с другой... – Лизочка не нашлась, что сказать по поводу другой стороны.
Они ехали в лифте ее родного дома с лизочкиными сумками, в одной из которых, само собой, еще в Туапсе, нашелся ключ от квартиры.
– Почему сказка кончилась? – спросил Борюсик. – Сказка только еще начинается... – и замялся.
Они вышли из лифта, подошли к ее двери.
– Лиза... я давно тебе хотел сказать... – волнуясь, начал он, поставил на пол сумки и стал рыться в карманах. – ...Лиза, я...
Лизочка заволновалась, сама еще не понимая отчего.
– Лиза, я больше не могу молчать, – Борюсик справился с волнением. – Лиза, ты... – он протянул ей маленькую коробочку, – ты выйдешь за меня?
Не веря своим глазам, Лизочка открыла ее и залюбовалась золотым колечком с аккуратненьким бриллиантиком – именно таким, о котором она и мечтала.
– Да! Да! Да! – сама не заметив как, она прыгнула к нему на шею, обняла и принялась целовать нос, лоб, уши, губы.
Когда ее губы натолкнулись на губы Борюсика, они слились в долгом поцелуе.
Трясущимися руками, продолжая страстно целовать ее, Борюсик отобрал у Лизочки ключ, пытаясь быстро открыть дверь. Но ключ в замочную скважину не входил...
– Лизочка, тут что-то с ключом... – пришлось ему прервать поцелуй.
У Лизочки голова шла кругом. Она наклонилась к двери, присмотрелась...
– Динка! Скотина!!! Зачем ты замазала замочную скважину!!!
Полчаса они пытались выковырять воск. Стучали, гремели, кричали и смеялись.
Через полчаса в подъезде появилась милиция.
– Что это мы тут шумим?
– Мы дверь открыть не можем, – пояснил Борюсик.
Милиционеры переглянулись.
– А тебе не кажется, что адрес тут какой-то знакомый?
– Кажется. Ориентировочка была, что появится высокий мужчина лет тридцати пяти и начнет высаживать дверь...
– Ведь у вас же нет прописки по этому адресу? – с этими словами милиционеры на глазах у оторопевшей Лизочки ловко заломали Борюсику руки.
– Нет, не надо! – опомнилась она. – Это я на него заявление подавала, но я ошиблась! Это моя квартира! Сейчас я паспорт покажу! – и судорожно начала рыться в сумках.
– Чья квартира – мы разберемся. А вас, гражданочка, просим проследовать с нами.
– Ты на меня заявление подавала? – прохрипел Борюсик, распростертый на полу лицом вниз. – За что?! Как ты могла?!
Лизочка рыдала.
– Я тебя люблю... – рыдала она, – только верь мне...
– Хорошо, милая, я верю... только не сопротивляйся... Там разберемся...
– Ты все еще хочешь на мне жениться? – робко спросила Лизочка, когда их выпустили из отделения.
– Если ты обещаешь больше не писать на меня заявлений, то да!
И они снова стали целоваться.