– Сделай милость, заткнись.
– Ты мне? – поразилась жена.
– Кому же еще? – сообщил муж, быстро-быстро поедая мясо. – Уж чья бы корова мычала по поводу готовки, но не твоя. Жуткую блевотину варганишь. Как вспомню твой супчик из чечевицы, прямо дергаться начинаю. Слышь, сделай еще коктейльчик!
– Не вопрос, – ответил Ленинид и сунул Федору полный стакан.
Мужчина лихо опрокинул емкость, потом навалил на тарелку «Оливье», «Докторскую» колбасу, жареную картошку, шпроты, сыр, яйца с красной икрой и начал быстро-быстро уничтожать пищу, приговаривая:
– Господи, ну как вкусно!
– Федя, – прошептала Анна, – ты ешь животные белки!
– Жиры тоже, – парировал муженек, – хватит, надоело, что я тебе, кролик или козел?
– Не козел, – быстро ответил Ленинид, который после многолетних отсидок очень нервно реагирует, если кто-нибудь сравнивает его с этим милым животным.
– Я уйду! – взвизгнула Анна.
– Ишь, напугала, – заржал муж, – да чем дальше, тем лучше! Только забери с собой весь геркулес, меня от него блевать тянет!
Неожиданно Анна заплакала.
– Ладно тебе, – погладил ее по голове папенька, – ясное дело, все мужики сволочи, хочешь как лучше сделать, а получается вон чего. Накось, глотни коктейльчик, только залпом, лучше валерьяновки помогает.
Анна неожиданно послушалась. Ее сине-бледные щеки порозовели.
– Молодец, – одобрил папенька, – теперь повтори.
Федор стукнул кулаком по столу.
– Ну, Семен, угодил, неси контракт, сразу подпишу.
– Фе-Фе-Федя… – отчего-то заикалась Анна, – …н-н-не на-до.
– Пошла на…! – рявкнул муж. – Хватит, конец твоему идиотизму. Кто деньги в дом приносит, а? Вот и молчи…
Я с раскрытым ртом наблюдала за восстанием рабов. Что приключилось с парнем? Какая муха его тяпнула? Обрадованный, Семен сунул Рыльскому ручку и бумаги. Мужчина накорябал свою подпись, уронил голову на стол и захрапел. Я перевела глаза на Анну, та тоже дремала, упершись подбородком в грудь.
– Что с ними? – ошарашенно поинтересовался Сеня.
– Дозу не рассчитал, – покачал головой Ленинид, – не сообразил, что слабые совсем, одно слово – вегетарианцы!
– Дозу чего? – спросила Томочка.
Ленинид хихикнул и потряс бутылочкой «Святого источника».
– Смешал «Гжелку» с минералочкой, вишь, как здорово получилось. Живо на человека похож стал, поужинал нормально, бабу свою кретинскую отметелил!
– Ты налил им водки! – закричала я. – Ужасно!
– Почему? – удивился Ленинид. – Все пьют и рады, этим тоже полезно. И Сеньке хорошо!
Семен согласно кивнул и, очень довольный, понес бумаги в кабинет.
– Что же нам теперь с ними делать? – тихо спросила Томочка.
– Швырните на пол матрасы, а этих сверху, к утру проспятся, – голосом знатока сообщил Ленинид.
ГЛАВА 26
Утром Федор, охая, выполз на кухню, увидал меня возле мойки с горой грязной посуды и спросил:
– Господи, что со мной вчера было?
Я пожала плечами:
– Может, аллергия на морковку?
– Ем ее все время, и ничего.
– Накопилась! Организм сопротивляется вегетарианству.
– Боже, моя голова, умираю.
Я протянула ему бутылку:
– Глотни, сразу полегчает.
– Что это?
– Пиво.
– Нет!!!
Я усмехнулась:
– Анна спит, она не узнает, пей, не бойся, сейчас пройдет.
Федор, опасливо поглядывая на дверь, заглотил «Клинское» и воскликнул:
– Как рукой сняло!
– Теперь поешь. Яичницу с колбаской будешь?
– Нет!!!
– Слушай, сделай милость, объясни, чем ты питаешься с утра?
Мужчина почесал затылок.
– Ну, разным.
– А именно?
– Салат из ростков пшеницы, соевый сыр, соевое молоко.
– Ты такой убежденный вегетарианец?
– Не знаю.
Я сунула ему под нос тарелку:
– Ешь давай. Хочешь мой совет?
– Ну? – пробормотал Федор, поглощая жареные яйца. – Какой?
– Ты Анну лупить не пробовал?
– Чем? – оторопел Федя.
– А всем, что под руку попадется. Очень помогает! Через неделю забудет о вегетарианстве.
– Бить женщину отвратительно!
Я взяла у него пустую тарелку и сообщила:
– Тогда это последний раз в твоей жизни, когда ты сумел нормально поесть. Она тебе вчерашнее не забудет, вижу два пути развития событий: либо начнешь бабу бить, либо она тебя со свету сживет.
Федя, ничего не ответив, вывалил на стол из портфеля кучу бумаг и начал перебирать их, приговаривая: